На главную страницу
о фирме объекты мастерская публикации клуб

 

 

 

 

 

 

 

 

 

В год сорокалетия Венецианской хартии – всеевропейского соглашения по вопросам сохранения памятников культуры – клуб "Хартия-64" задает вопросы председателям Комитета по государственной охране и использованию памятников Администрации Санкт-Петербурга, занимавшим этот пост в прошедшие 40 лет.

Интервью с Никитой Игоревичем Явейном

Никита Игоревич Явейн – заслуженный архитектор РФ, член-корреспондент РААСН, лауреат государственной премии РФ.
Председатель КГИОП с августа 1994 по ноябрь 2003 года.

Вопрос: Какие проекты за годы работы в КГИОП Вам больше всего запомнились?

Ответ: Разные проекты трудно сравнивать друг с другом. Запоминается то, что не получилось. Запоминаются больше поражения, переживания, сложности. Поэтому вспоминаю 2003 год, в этот год и хорошего, и плохого произошло больше, чем за восемь лет перед этим; вспоминаю строящийся дом около бывшей гостиницы "Ленинград", строительство на Двинской улице, на Почтамтской 4 и другие.

Вопрос: С чем связана концентрация подобных событий в юбилейном 2003 году?

Ответ: Как-то все тогда ужесточилось, а власть ослабла, явно ослабла. Никто не хотел брать ответственность на себя, что-либо решать, это по-человечески понять можно, но от этого было не легче.

Вопрос: Как для Вас произошел уход из власти, с чиновничьей должности?

Ответ: Конечно, такие вещи легко не даются, хотя я сам был готов уйти в 2001–2002 году. По мере моего пребывания в КГИОПе, он становился все более и более политически значимой структурой, раньше этого не было, он стал одним из ключевых комитетов, стал играть роль в политической борьбе. Я был уверен, что пройдут выборы губернатора, и будет моральное право уйти с должности. Но уход с должности произошел на полгода раньше, чем я предполагал, и я организационно не подготовился к событию, все было жестко и определенно, но я считаю что первые пару месяцев переживания неизбежны. Комитет каким был, таким и остался, но когда ты там провед девять лет, многие сотрудники при тебе пришли, образовались личные связи. Слава Богу, что это произошло, но лучше бы на годик пораньше – для меня, потому что 2003 год мне дался по здоровью очень тяжело.

Вопрос: Возвращаясь к теме нашего разговора, каковы, на Ваш взгляд, в сопоставлении европейские и русские взгляды на сохранность и консервацию, можно ли их вообще сравнивать?

Ответ: Такая постановка вопроса, пожалуй, либо об имперскости говорит, либо о провинциальности. Давйте посмотрим, Европа – она большая и разная. Допустим, Италия и Англия больше отличаются, чем Россия и Италия. Это разные миры, разные идеологии и они абсолютно не пересекаются. Если, к примеру, сравнить еще и с Америкой, то США и Франция – это такие разные миры, что у России с Китаем больше похожего – в области охраны памятников. Если сравнивать Россию с Францией, то есть много похожего, а много и разного. Я бы сказал, что сегодня в России больше "рыночных" конкурентных начал в реставрации, чем во Франции. Там в каждом департаменте назначается свой реставратор, который делает все проекты в этом департаменте. Пожалуйста, так сказать, "рыночная система" во всей своей красе. Если он плохо делает свою работу, то его переводят в какой-нибудь департамент, в котором мало памятников – значит, он чем-то провинился или не понравилась его работа. Таких схем в Европе много.

Есть еще скандинавские, англосаксонские страны, север Германии, где совершенно другая система. Например, муниципалитет хочет снести церковь, охрана памятников возражает, министр внутренних дел является для них арбитром и приходят к странному, с нашей точки зрения, решению, вроде "сделайте в церкви жилой дом" – и делают. Тут в основе община, которая решает, как жить на этой территории: если им мешает этот памятник, значит, сносим. Более всего мы похожи, как это принято сейчас говорить, по административным формам регулирования на Францию и Италию, хотя в Италии своя специфика. Кстати, в таких системах административная ситуация с охраной памятников, как правило, более благополучна. Принципиальная разница есть, если сравнивать социалистическую, советскую систему. Наша сегодняшняя представляет собой переходную форму – старая распадается, а новая еще не создана.

Вопрос: Что, на Ваш взгляд, в советсякий период в охране памятников было хорошего?

Ответ: Советский период – уникальный период в плане охране памятников, если бы не политика сноса церквец и прочие подобные вещи. Для Петербурга – это, я считаю, золотой век, и я не уверен, что дальше все будет так же хорошо, как было. Мы были законсервированы в этой ситуации, и моя определенная заслуга в сохранении такой ситуации до настоящего времени тоже есть. Пока все нормально, но надо прекрасно понимать, что базисов, рыночных основ, на которых держится охрана памятников, допустим, в той же Франции и Италии, у нас пока нет. Рыночных основ охраны памятников две. Первая – туризм, он у нас незначителен, не формирует бюджет. Охрана памятников в маленьких итальянских городках основана на туризме. А в центре Парижа охранную зону до сих пор не могут утвердить, на сегодняшний деньутверждены два небольших фрагмента района Марэ и Латинский квартал. Там более сложные условия, в маленьких же городках на 80% живут от туризма. Второй фактор в деле охраны памятников – это национализм. Чем сильнее позиции национализма, тем лучше положение с охраной памятников. Пример – современная Рига, такой жесткой окраны, как там, я не видел давно. У них охрана памятников густо замешана на национализме; когда беседуешь с ними, немного не по себе становится, но, с другой стороны – там все охраняют, даже жилые деревянные здания барочного типа конца XIX века.

Вопрос: Отражает ли новый российский Закон об охране памятников в какой-то мере постулаты Венецианской Хартии?

Ответ: В этих документах разные вещи регулируются. Хартия и закон не могут быть сравниваемы, потому что венецианская хартия преде всего определяет идеологию реставрации, а не законодательные, юридические процедуры. Это разные вещи. Венецианская хартия очень декларативная, ее никто до конца не выполняет на самом деле, и не дай Бог ее начнут выполнять. Как к любым лозунгам, надо к ним относитьсякак к лозунгам, а не начинать воплощать их в жизнь, как русские люди, бывает, это делают. Не надо воспринимать их буквально.Закон в целом неплохой, гармоничный, но вопрос в том, как он будет реализовываться.

Вопрос: Какие Вам видятся в перспективе проблемы реализации этого закона?

Ответ: В Законе заложено несколько благих идей, которые, на самом деле, в рамках нашей действительности могут оказаться очень вредными. Идея историко-культурной экспертизы – благая затея, все прекрасно. На самом деле она, согласно Закону, делается за счет заказчика. Независимая экспертиза, которая делается за счет заказчика – большей несуразности придумать трудно. Как можно быть независимым, если труд твой оплачен. Клиент есть клиент, заказчик есть заказчик. Расскажи какому-нибудь американцу о проведении независимой экспертизы за его деньги, он просто не поймет, он решит, что над ним издеваются. К тому же реализация Закона требует огромных капиталовложений. Тотальная инвентаризация, обмеры, введениевсеобъемлющих паспортов на предметы охраны – все требует огромных денег. По Петербургу эта цифра под миллиард может подбираться, и надо понимать, что реализацию закона необходимо растянуть во времени. Кроме того, не так много людей, которые могут более или менее грамотно делать подобные вещи у нас, а где-нибудь в Пскове или Кинешме даже страшно подумать, что происходит. Я думаю, что ряд позиций Закона еще будет отложен лет на 10, поэтому все это будет происходить не так, как намечалось.

Вопрос: Вы в целом удовлетворены состоянием нашего города в плане охраны памятников сейчас?

Ответ: Удовлетворенным быть трудно, но сохранились мы неплохо. И каким бы ни было пессимистическим настроение, сомнения в том, все ли тебе удалось реализовать так, как планировалось, достаточно съездить в Москву, как понимаешь, что твои сомнения напрасны.

Беседу вела Софья Гонобоблева,
ответственный редактор журнала "Реликвия"


Никита Игоревич Явейн –
Заслуженный архитектор РФ,
член-корреспондент РААСН,
лауреат государственной премии РФ.
Председатель КГИОП с августа 1994 по ноябрь 2003 года.

   
 
На главную | О фирме | Объекты | Мастерская | Публикации | Хартия -64
 

ЗАО "Акме-дек"
191119 Санкт-Петербург, ул. Правды, дом 22, офис 180
Тел./ факс (812) 713-35-36, 764-41-64
E-mail: info@akme.ru
icq: 306-072-019